Британский комик Ромеш Ранганатан не считает себя автолюбителем в классическом смысле.
«Нет, я не думаю, что я фанат машин, — говорит он в интервью TopGear. — Ставил ли я автомобили в приоритет? Нет, не сразу. Только спустя какое-то время я начал постепенно ими интересоваться.
Я прошёл путь от восприятия машины как просто средства передвижения до понимания, что от неё можно получать удовольствие», — добавляет он. И, надо сказать, сейчас у него есть чем наслаждаться. Но об этом чуть позже. 
Потому что путь к этому не менее важен. Комик с большим количеством наград, теле и радиоведуший, сценарист, актёр и участник шоу Top Gear на минуту становится серьёзным, когда ему задают главный вопрос: сдал ли он экзамен на права с первого раза?
«Нет. У меня был довольно травматичный опыт».
Пауза.
«Хотя на самом деле не такой уж травматичный — я, пожалуй, слишком приукрасил. Просто я начал учиться водить в 17 лет и провалил экзамен самым неловким образом: фактически не смог нормально выехать с парковки в самом начале теста. И дальше экзамен уже скорее продолжался из вежливости.
Меня это так выбило из колеи, что я не пытался пересдать ещё лет пять или шесть».
К счастью, со второго раза он всё-таки сдал экзамен. И, получив долгожданную свободу передвижения, потратил около 3500 фунтов на Honda Civic 1997 года выпуска. Отличная покупка. Правда, на тюнинг денег уже не осталось — а то, на что их хватило, сейчас вызывает у него смущение.
«В мечтах у меня были светодиодные огни по кузову. А в реальности я купил маленький синий фонарик, который подключался к прикуривателю и создавал в салоне “атмосферу”. Это выглядело круто… пока не видишь, откуда идёт свет», — смеётся он.
При этом сам по себе Civic не доставлял проблем — ещё бы, это же надёжный японский автомобиль 90-х. Но была другая проблема, которую Ромеш быстро осознал:
«Я большой фанат хип-хопа. И все, кто рос на британских группах того времени, знают эту боль — когда ты включаешь музыку, рассчитанную на куда более крутой автомобиль с хорошей аудиосистемой, а сам едешь по какому-нибудь Кроули.
Слушать Dr. Dre и Snoop Dogg в Honda Civic — это, мягко говоря, не совсем то», — смеётся он.
После этого в его жизни было множество подержанных машин — «потому что я долгое время был на мели». Затем появился Ford Focus, который он очень любил, но буквально «убил», наматывая километры по стране с концертами. Потом был «очень-очень старый» Volvo и — с содроганием вспоминает он — Vauxhall (ну или Opel) Meriva.
«Я попал в ловушку, — признаётся он. — Решил, что если у тебя есть семья и ты отец, то удовольствие от вождения заканчивается».
Отсюда и выбор в пользу Meriva. «Она выполняла свою задачу. Но ни внешний вид, ни сам процесс вождения мне не нравились», — говорит он.
Затем появился первый Volvo XC90 — семейный автомобиль, который он активно эксплуатировал. Потом был краткий роман с Land Rover Discovery, который, по его словам, «просто не зашёл». И в итоге — возвращение к XC90, который семья обожает.
«Это машина Ранганатанов. Я на ней езжу, жена Лиза на ней ездит. Она как член семьи».
Параллельно с большим семейным Volvo у него появилась и «машина для себя» — Mini John Cooper Works.
«Мне кто-то сказал — и мне даже стыдно говорить это журналисту Top Gear — что это самое близкое к ощущениям от Mario Kart».
Настоящий прорыв произошёл позже.
«Это случилось благодаря Top Gear. Я тогда снимался в шоу “A League Of Their Own” с Фредди Флинтоффом (ведущим шоу Top Gear), и он сказал мне: “Я знаю, ты думаешь, что будешь выглядеть как показушник, но хорошая машина — это реально классно”».
После этого Ромеш протестировал несколько автомобилей — McLaren, Porsche 911, Bentley — и в итоге выбрал Aston Martin Vantage.
«Это невероятно захватывающе в управлении, но при этом не выглядит как слишком явная попытка самоутвердиться», — шутит он.
Причём он не из тех, кто держит такую машину под чехлом.
«Я езжу на ней постоянно», — говорит он.
И при этом он не агрессивный водитель:
«Я довольно спокойный за рулём. Честно говоря, не помню, когда в последний раз по-настоящему злился».
Пауза.
«Разве что немного раздражаюсь, когда за рулём моя жена. Иногда она может показать кому-нибудь неприличный жест. И я ей говорю: если этот человек выйдет из машины, мне придётся выйти и как-то тебя защищать.
А я, если честно, не очень этого хочу».
Что он думает о будущем с беспилотными автомобилями?
«Несколько месяцев назад я был в Нэшвилле и ездил на беспилотном такси. Всё работало отлично, но это всё равно немного пугает.
Я смотрел фильмы про искусственный интеллект, например «Я робот». Я и сам пользуюсь ИИ — задаю вопросы, и это как будто у тебя в телефоне сидит подлиза, который делает всё, что ты хочешь.
И мне кажется, что в какой-то момент ему это надоест».
Он также отмечает проблему усталости за рулём:
«Я часто возвращался с выступлений в два часа ночи, уставший. Усталость водителя недооценивают. У автопилота есть очевидные плюсы.
Но я думаю, что в какой-то момент мы просто будем сидеть в машине и примем власть наших роботизированных повелителей, которые повезут нас туда, куда сами решат.
Например, на ближайшую шахту».
Что насчёт современных технологий в салоне?
«Мне жаль людей, которые долго ездили на одной машине, а потом пересели в новую — и там всё как в “Рыцаре дорог”, и они вообще не понимают, как этим пользоваться.
Иногда интерфейс интуитивный, а иногда кажется, что нужно три раза подышать на экран, чтобы что-то включилось».
При этом есть машины, о которых он мечтает — и которые не требуют диплома инженера для управления.
«В детстве я обожал машины моего отца. У него был ярко-синий Ford Capri — как в сериале “Механик”.
Я помню, как чувствовал себя крутым, когда мы ездили на нём. Папы уже нет, но я очень хочу снова купить такую машину».
И ещё одна мечта:
«Вы сейчас меня осудите, — смеётся он. — Я очень хочу DeLorean DMC-12».
Пауза.
«Я знаю, знаю… По вашему лицу видно, что это худшее, что вы слышали в интервью.
Но это же «Назад в будущее»»
Он смеётся:
«Я читал, что это ужасная машина. Скорее всего, я переплачу за огромную проблему у себя во дворе. Но это мечта. Иногда я ищу в интернете хороший экземпляр — и когда найду, обязательно куплю.
Я видел сомнение на вашем лице. Когда у меня будет действительно работающий DeLorean, я прокачу вас на нём и мы сделаем ещё одно интервью.
И вы скажете: “Я беру свои слова обратно. У Ромеша была мечта — и она сбылась”».
